Марк Ерёмин

Иногда смотришь на старые семейные фото и ловишь странную мысль: люди там вроде бы ровесники, а выглядят так, будто они уже “за сорок”, хотя по документам им тридцать с небольшим. И это не просто эффект “раньше всё было суровее”, хотя суровости там, конечно, хватало. Тут складывается сразу несколько факторов, и каждый по чуть-чуть добавляет возраста лицу, коже, осанке и даже взгляду. Я разложу это на понятные причины, потому что это история не про магию и не про “нынешние просто инфантильные”, а про быт, здоровье, моду и то, как мы вообще видим людей на фотографиях...

Если ты когда-нибудь видел в Москве так называемые «дома-бублики», то, скорее всего, у тебя была одна и та же реакция, что и у всех: выглядит странно, заметно, и вообще непонятно, зачем в городе, где всё строили сериями и экономили на каждом метре, вдруг начали играться с кругами. А ведь это не фантазия позднего каприза, а вполне конкретный советский эксперимент, который должен был решить сразу несколько задач — от социальной до чисто инженерной, — но в итоге упёрся в реальность, где у города и у строителей были другие приоритеты...

Когда мы слышим слово «алмазы», в голове всплывают ассоциации с ювелирными салонами, кольцами и роскошью. Но за каждым камнем, сверкающим на пальце, часто стоит суровая реальность — вечная мерзлота, снег девять месяцев в году, изнурительный труд. Республика Саха (Якутия) — один из самых холодных регионов на планете — при этом остаётся лидером мировой алмазной добычи, и сейчас мы разберём, как это стало возможным, и почему этот ресурсный успех не делает богатыми тех, кто живёт рядом с недрами. Подписывайтесь ко мне в MAX...

Поезд — один из самых комфортных видов транспорта для путешествий на дальние расстояния. Однако даже в таком, казалось бы, привычном виде передвижения многие совершают ошибки, которые могут испортить поездку. Вот какие промахи чаще всего допускают пассажиры, и как их избежать. Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media Многие надевают в поезд то, что удобно в момент посадки, забывая, что поездка может длиться сутки или больше. Жарко, душно, а снять нечего — толстовка или куртка мешают спать и занимают лишнее место...

Мои друзья Миша и Таня в какой-то момент просто поймали себя на мысли, что зима в Москве — это бесконечная серость, мокрый снег, маршрут дом–работа–дом и ощущение, что ты живёшь на автопилоте. Я их очень понимаю, сам мучаюсь от погоды и хочу на солнце. Тоже планирую в марте пожить в Сочи. Так и у них родилась идея — уехать на зиму в Сочи, пожить у моря два месяца, без иллюзий про вечный отпуск, а именно пожить, с продуктами, бытом, машинами, поездками и всеми сопутствующими расходами. Поехали они...

Про пенсию у нас принято говорить либо абстрактно, либо очень эмоционально. Кто-то уверен, что «на старости много не надо», кто-то заранее в ужасе от мысли, что придётся выживать. Но если убрать эмоции и просто сесть с калькулятором, становится понятно, где мифы, а где реальность. Давайте считать не идеальную пенсию из рекламных брошюр, а жизнь обычного неработающего пенсионера. Без подработок, без помощи детей, без «вдруг повезёт». Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max...

Про Поленово часто говорят красиво и даже немного отстранённо, как будто это не место, где живут люди, а аккуратная открытка или музей под открытым небом. Многие знают его по усадьбе художника, по видам на Оку, по фотографиям в путеводителях. Но когда это село начали называть одним из лучших мест для жизни в мире, у меня, как и у многих, возникло нормальное человеческое сомнение. Хотелось понять, это громкие слова для туристов или там действительно есть какая-то особенная жизнь. Подписывайтесь ко мне в MAX...

Когда мой друг из США согласился пожить неделю в российской деревне, он был уверен, что это будет такой культурный эксперимент из серии «посмотрю и поеду дальше». Без особых ожиданий, но с чёткой картинкой в голове: бедно, скучно, серо и очень тяжело. Спойлер — через пару дней эта картинка рассыпалась полностью. Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media Он не ходил с блокнотом и не составлял рейтинг, но каждый день выдавал фразы в духе: «Подожди, а это нормально?» или «Я вообще не так себе это представлял»...

«Вы что, все миллионеры?» — это первое, что сказал мой друг из Америки на третий день, когда мы стояли у магазина в обычном посёлке, не в Москве, не в Питере, а в самой обычной российской глубинке, где нет небоскрёбов, кофе за 700 рублей и английских вывесок. Он приехал ко мне на неделю. Просто посмотреть страну. Не столицу, не туристические места, а как люди реально живут. Деревни, маленькие города, трассы, рынки, дворы, обычные магазины. И с каждым днём у него всё сильнее ехала крыша. Потому что картинка в голове и реальность вообще не совпали...

Про поездку в Китай у меня спрашивали чаще, чем я ожидал. Причём не в стиле «ну как там вообще», а очень конкретно: сколько денег, реально ли уложиться, где дороже всего и правда ли, что Шанхай — это какой-то другой мир. Поэтому решил просто рассказать, как оно было у нас с Дашей. Без гайдов, без туристического пафоса, просто живой опыт и честные цифры за 9 дней. Подписывайтесь ко мне в MAX. Там карты мест, маршруты и обзоры городов https://max.ru/eremin_media Мы не хотели классический маршрут «Пекин — Великая стена — галочка»...

Моя подруга Маша 15 лет работает проводником поезда. Пятнадцать. Это больше пяти тысяч рейсов, десятки тысяч пассажиров и бесконечное количество историй, которые в обычной жизни ты бы не увидел никогда. И если честно, раньше я молчала не потому что не видела проблем, а потому что считала — ну а кому это интересно, это же «просто работа». Но в какой-то момент понимаешь, что молчать уже странно. Потому что то, что происходит в поездах, — это срез людей. Очень честный, очень неудобный и местами пугающий...

История из серии «хотел как лучше, получилось как всегда». И сразу скажу — я не горжусь, но вывод сделал жёсткий и, кажется, окончательный. Ехал я ночью в поезде, обычный плацкарт, нижняя полка, верхняя занята, всё как у людей. Уже улёгся, свет приглушили, вагон гудит, кто-то храпит, кто-то листает телефон, классика. И тут вижу — бабуля. Лет под восемьдесят, маленькая, суетливая, с этим вечным пакетиком и виноватым взглядом. Стоит возле своей верхней полки и явно не понимает, как ей туда забираться...